Населенные призраками пейзажи в "Оссиане", хаотические видения Уильяма Блейка, гротескные ведьминские пляски в поэме "Тэм О'Шэнтер" Бернса, жутковатый демонизм в "Кристобели" и "Старом мореходе" Колриджа, призрачное очарование в "Килмени" Хогга, более сдержанный подход к космическому ужасу в "Ламии" и многих других произведениях Китса - типичные британские иллюстрации внедрения сверхъестественного в высокую литературу. Наши кузены-тевтонцы с континента также не остались равнодушными к нарастающему потоку, и "Жестокий охотник" Бюргера, и даже более знаменитая баллада о демоне-женихе "Ленора" - обе сымитированы Скоттом в Англии, чье преклонение перед сверхъестественным всегда было очевидным - лишь малая толика богатой литературы о сверхъестественном, которая начиналась с немецкой песни. Из тех же источников Томас Мур взял легенду о статуе-упыре (позднее использованную Проспером Мериме в "Венере Илльской", возвращающей нас в далекую старину), потрясающую нас до дрожи в его "Кольце"; а "Фауста", этот бессмертный шедевр Гете, начавшийся с обыкновенной баллады и превратившийся в классическую космическую трагедию, можно считать вершиной того, чего достигла немецкая поэзия.
Однако веселому и любящему земные блага англичанину - никому иному, как Хорасу Уолполу, - предстояло придать импульс определенному направлению и стать создателем литературы ужаса как сложившегося жанра. Искренне, но по-дилетантски влюбленный в средневековые сказания и мистерии и причудливо сымитировавший под готический замок свое жилище в Строберри-хилл, Уолпол в 1764 году опубликовал "Замок Отранто": роман о сверхъестественном, который, сам по себе неубедительный и банальный, оказал невиданное влияние на литературу ужаса. Поначалу представивший свое произведение как "перевод" с итальянского языка мифического "Онуфрио Муралто", выполненный неким "Уильямом Маршалом, джентльменом", впоследствии Уолпол признал свое авторство и вкусил радость от неожиданной популярности романа - популярности, которая привела к множеству переизданий, переделке романа в драму для постановки на сцене и к бесчисленным имитациям в Англии и Германии.
Повествование - скучное, манерное, малодраматическое - могло бы быть лучше, если бы не отрывистый и приземленный стиль, чья манерная оживленность мешает созданию настоящей атмосферы ужаса. Уолпол рассказывает о Манфреде, неразборчивом в средствах князе-узурпаторе, который решил основать свою династию и после загадочной и неожиданной смерти наутро после брачной ночи единственного сына Конрада пытается устранить свою жену Ипполиту, чтобы взять в жены невесту несчастного сына - кстати, убитого во дворе замка гигантским шлемом, непонятно почему упавшим на него. Изабелла, из новобрачной ставшая вдовой, бежит от предназначенной ей роли и прячется в подземелье, прямо под замком, с помощью благородного юноши Теодора, который считается крестьянином, но поразительно напоминает старого лорда Альфонсо, правившего до воцарения Манфреда. Вскоре замок потрясают сверхъестественные события; в разных местах находят отдельные части гигантских доспехов, портрет выходит из рамы, удар грома разрушает здание, колоссальная фигура Альфонсо в доспехах встает из руин, чтобы подняться между расступающимися облаками к святому Николаю. Теодор, оплакивавший Матильду, дочь Манфреда, убитую отцом по ошибке, оказывается сыном Альфонсо и его законным наследником. Повествование завершается свадьбой Теодора с Изабеллой и надеждой на долгую и счастливую жизнь, тогда как Манфред, чье злодеяние стало причиной непонятной гибели его сына и других бед, отправляется отбывать наказание в монастырь, а его несчастная жена ищет утешения в соседнем монастыре.
