1 Надо считаться и с возможными воздействиями христианской легенды. По всем толкувань названия Купала наиболее правдоподобное и простое - что сие есть народная форма «Крестителя», следовательно Иван-Купала - это просто Иоанн Креститель, и только. Костомаров, что еще в 1843 г. (Маякъ, XI, см.. В Сумцова, Культ. Пережил., 457) дал это толковання, говорит, что слышал от крестьян; в любом случае оно вполне правдоподобно. В связи с сим все обряды и поверки, связанные с водой, поскольку в семь празднике играют особую роль, могут быть - хотя бы у части - положении на образ Ивана, который купает или купается в воде.
Очевидно с тем, как вегетационная энергия природы зломилась, во время летнего поворота солнца, не становится того главного нерва, который оживлял и творил святочные церемонии. Природа увядает, уменьшает свои продукционные силы, ее не надо насиловать, тревожить своими импульсами и императивными велениями. Хоровод, вегетационный танец тратят свою рацию. Напр., Обжиночные мотивы, богатые поэзией, не имеют уже этого нерва.
Светоотражающие вегетационных понятий, связанных с Купалом, светит еще праздник Петра. Выше мы видели уже, что это дело св. Петра рожь зажинать. Он является сторожем поля, будущего урожая, пчильного взятку, - он же запахивает, очевидно - на озимую. Тема сия разрабатывается на различные способы в песнях величальных (колядках), легендах, рассказах. В цитированной выше колядке Юрий трубил в трембиту «листовую», а Петр «в цвитовую» -
Сей вариант, очевидно, первичнее, чем те, где пахота Петра - Павла переносится на овраг, на весну, и заволочуе св. Юрий, а посеваю св. Николай: не было бы смысла привязывать к сему акту Петра и Павла, - между тем они все выступают пахарь.
