Основной особенностью в теории и художественной практике участников «Центрифуги» было то, что при построении лирического произведения центр внимания со слова как такового перемещался на интонационно-ритмические и синтаксические структуры. В их творчестве органично соединялось футуристическое экспериментаторство и опоры на традиции.
Это подметил Валерий Брюсов, который в обзоре 1914 г. «Год русской поэзии» писал: «Пока кружок [городского издательства „Лирика“] был еще единым, он издал альманах стихов „Лирика“, сборники стихов С. Боброва, Б. Пастернака, Н. Асеева и несколько других книжек. Хотя эти издания нигде не были названы „футуристическими“, однако на их участников, особенно на трех названных нами, влияние футуристических идей было несомненно; позднее, образовав ядро „Центрифуги“, они в своем новом альманахе [„Руконог“] уже открыто признали себя футуристами. Но все же футуризм поэтов „Центрифуги“ (не говорим о присоединившихся к ним писателях из „Петербургского глашатая“) имеет особый оттенок и сочетается со стремлением связать свою деятельность с художественным творчеством предшествовавших поколений».
«Центрифуга» была самым длительным по времени футуристическом объединением. Кроме вышеназванных поэтов, в него входили Божидар (Б. Гордеев), Г. Петников, И. Аксенов и другие. Как поэтическая группа они просуществовали до конца 1917-го, а книги под маркой «Центрифуги» продолжали выходить до 1922 года.
